Экспримо (exprimo) wrote,
Экспримо
exprimo

Categories:

Легенды переводческого фронта: Ёсикадзу Накамура


Дорогие френды, хочу представить вашему вниманию интервью с потрясающим человеком, переводчиком Пушкина и Лермонтова на японский язык, писателем Ёсикадзу Накамура! Несколько лет назад он посещал Москву, и моим друзьям удалось с ним пообщаться.



 

За уникальный материал благодарю коллег из газеты "Трибуна".

Те анекдоты были смешнее

Японский писатель Накамура приехал сравнить времена

Переводчик Ёсикадзу Накамура занимает особое место в цеху русистов Страны восходящего солнца. Он дал возможность своим соотечественникам познакомиться на родном языке с такими шедеврами русской литературы, как «Слово о полку Игореве», «Задонщина», «Герой нашего времени» и многими другими.

А несколько лет назад Российская академия наук наградила Ёсикадзу Накамуру «Золотой медалью имени М. В. Ломоносова» за вклад в славистику и распространение русской культуры в Японии.

Недавно Накамура-сан в очередной раз приезжал в Москву. Нам удалось встретиться и побеседовать с ним.

 

Резкие повороты в истории нашей страны сказались и на словарном составе «великого и могучего» русского языка. Какие изменения для вас оказались наиболее неожиданными?

— Неожиданным всегда бывает появление новых слов, значение которых, даже с помощью словаря, удается определить не сразу. Так, впервые столкнувшись со словом «рэкет», я его не нашел в японо-русском словаре! Пришлось открывать англо-японский. Оказалось, что одно из значений этого слова «игра в теннис», а другое — хорошо известно россиянам. Впервые в России я столкнулся и со словом «приватизация». Но больше всего меня удивляет появление в русском языке множества иностранных слов: «киллер», «спикер», «рэкетир» и так далее. Как будто то же самое нельзя выразить русскими словами. А ведь американизмы очень сильно портят красоту языка великого Пушкина.

А еще для меня оказалась весьма занимательной метаморфоза, происходившая со словом «товарищ». Сначала «товарищи» изгнали такие слова, как «господа», «дамы». Товарищами у вас стали все — и Ленин, и Сталин, и простая домохозяйка. Но к концу 80-х, по-видимому, это слово уже набило оскомину и стало терять свою популярность. Словом, «господа» и «дамы» вновь оказались востребованы. Хотя и эти слова я тоже считаю несколько искусственными. А вообще советскому периоду была свойственна излишняя помпезность и возвышенность. Не стал исключением и русский язык.

У каждого мэтра русской литературы есть свой неповторимый почерк. Чей стиль и слог вам кажется наиболее выразительным?

— Что касается языка, то это без сомнения, Михаил Юрьевич Лермонтов. Его язык я всегда сравниваю с музыкой Моцарта.

 Любой зарубежный русист обязательно сталкивается с загадкой русской души. Удалось ли вам ее разгадать?

— Душа любого народа — всегда загадка. И все же опыт филолога-русиста, исчисляемый несколькими десятилетиями, дает смелость сказать, что для меня русский характер является куда меньшей загадкой, чем для европейцев.

Русский человек всегда отличался своей «широкой душой». Видимо, это связано с географией, а именно — с широкими просторами России. Кстати, у русских и японцев есть общие черты: сентиментальность и нелогичность. А еще для русского человека характерна преданность. В этом году вышла на русском языке моя новая книга о российских староверах. Когда я знакомился с судьбой семей российских духоборцев, которые в начале XX века проживали в том числе и на острове Хоккайдо, то был прежде всего поражен не столько тем, как им удалось адаптироваться в совершенно непривычных условиях, сколько их преданностью своей вере.

Что больше всего отличает японцев от россиян?

— Прежде всего присущая японцам аккуратность и дисциплина. Может быть, поэтому нас порой называют «азиатскими немцами».

Какие, на ваш взгляд, существуют особенности российского юмора?

— Мне кажется, что в советское время анекдоты были более смешные. Ведь когда народ подавляют, то и юмор становится весьма острым. Ну а сейчас, когда цензура канула в Лету, по-моему, анекдоты стали не такие острые. Как-то, еще в Советском Союзе, я услышал такой анекдот: десять русских не смогут победить одного армянина, десять армян не смогут победить одного еврея, а десять евреев никогда не победят одного японца. Суть я понял так:  хитрость японцев не знает границ. Впрочем, как и великодушие русских. Услышав этот анекдот, я стал испытывать настоящий комплекс вины.

 Вас всегда интересовала история отношений народов наших стран. Удалось ли вам ликвидировать в этой области какие-либо белые пятна?

—Вообще к белым пятнам я отношу малоизвестные в вашей стране страницы жизни россиян, оказавшихся в Японии волею судьбы. Ликвидировать одно из таких «белых пятен» я попытался в своей новой книге о русских духоборцах. А ведь они оказали большое влияние на моих соотечественников. Так, торговавшие сукном россияне знакомили японцев с европейской модой. Некоторые жители Кобэ и Осаки именно благодаря общению с торговцами сукном стали менять кимоно на европейский костюм.

До сих пор в Японии сохранилась торговая марка «Морозов» — в честь русского купца — производителя самого вкусного шоколада.

 

Игорь РАЗУМОВСКИЙ, газета «Трибуна»



Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments